Содержание 5
Сотрудник одного из районных учреждений получил обращение на десять тысяч знаков про парк рядом с домом. Внутри — десятки вопросов, требований и ссылок на нормативные акты. Когда он позвонил уточнить, откуда взялась такая конструкция, ему ответили прямо: текст составлен генеративной моделью, разбирайтесь по существу, пересказывать своими словами никто не будет. С этого случая начинается типичная история 2026 года, и она повторяется не в одной стране.
Что показывают цифры
Масштаб уже измеряют. В одном крупном регионе на 31 муниципалитет в 2024 году приняли 166 055 обращений, в 2025-м — 137 668, а за восемь месяцев 2026 года — 118 901. Количество обращений при этом почти не изменилось, а вот трудозатраты на каждое выросли: тексты стали объемнее, требования размытее, а суть проблемы спрятана в середине документа. Чиновники признаются, что узнают почерк нейросети по структуре и оформлению, но формального повода закрыть такое обращение у них нет.
В Британии картина измеряется иначе, но вывод тот же. По государственной статистике, число запросов на доступ к информации выросло примерно с 15 тысяч в квартал в 2022 году до более 24 тысяч в квартал в 2025-м. Регулятор по информационным правам в мае 2026 года выпустил отдельное руководство для ведомств именно из-за роста ИИ-запросов: в ведомствах фиксируют больше обращений, большую сложность и больше случаев, когда заявитель цитирует закон неверно и требует долгих уточнений. Школы сообщают о кратном росте родительских жалоб, подготовленных с помощью нейросетей, а часть школ уже подключила платформы, которые автоматически регистрируют и сортируют такие обращения.
Как именно ИИ ускоряет подачу
Механизм простой и почти бытовой. Раньше барьером была форма: человек с реальной проблемой не знал, как назвать ведомство, на какую норму сослаться и как оформить требования, поэтому многие просто не писали. Теперь достаточно надиктовать ситуацию голосом и попросить оформить жалобу, апелляцию или запрос на информацию — модель выдаст структуру, юридические формулировки и перечень приложений за минуту. Себестоимость одного обращения упала почти до нуля, поэтому один и тот же человек может отправить десять запросов в десять ведомств и не почувствовать усилий.
Дальше начинается вторая волна, которую юристы называют «ИИ отвечает ИИ». Ведомства ставят собственные модели, чтобы сортировать поток, готовить черновики ответов и подсказывать заявителю, как правильно оформить обращение. Один британский омбудсмен запустил ассистента, который объясняет, что входит в его компетенцию, а что нет. Экономия очевидна, но появляется риск: если автоответ не разберётся в нюансах опеки, охраны труда или социальных выплат, ошибка масштабируется быстрее, чем человек успеет её заметить.
Чем это плохо и чем полезно
Минусы лежат на поверхности. Очереди растут, сроки ответов ползут, а сотрудники тратят время на уточнения вместо сути. Второй минус — качество: модели уверенно выдумывают судебные дела, путают статьи законов, приписывают ведомствам обязанности, которых нет, и склеивают разные эпизоды в одну историю. Известны судебные решения, где сторона ссылалась на несуществующие акты, сгенерированные ИИ. Третий минус — эффект зашумления: реальная проблема тонет в десяти страницах формально красивого текста, и её труднее заметить.
Плюсы при этом тоже настоящие, и их не стоит замалчивать. Доступ к праву стал шире: человек, который раньше не мог сформулировать претензию, теперь получает шанс её подать. Хорошо составленные обращения помогают ведомствам видеть системные проблемы, а регуляторам — замечать повторяющиеся нарушения. То есть инструмент нейтрален, значение имеет дисциплина его использования.
Какие меры обсуждают ведомства
Рецептов пока три. Первый — ограничения по объёму: лимиты на количество знаков и на число запросов от одного заявителя. Второй — фильтры и проверки: инструменты распознавания ИИ-текста, обязательные декларации об использовании нейросети и отдельные процедуры для типовых обращений. Третий — уточняющие запросы вместо формального ответа на бессвязный поток требований. Общего рецепта нет, и любая из этих мер ограничивает чьи-то права, поэтому баланс придётся искать каждому ведомству отдельно.
В Беларуси эта тенденция пока не стала предметом публичной статистики, но общий контекст знаком: электронные обращения давно стали массовыми, а ведомства работают с большими текстами и жёсткими сроками ответа. Логика та же — чем проще подать обращение, тем выше нагрузка на тех, кто его разбирает. Так что вопрос не в том, придёт ли эта волна, а в том, насколько аккуратно стороны будут ей пользоваться.
Как применять ИИ для обращения правильно
Нейросеть полезна как редактор и структуратор, а не как автор фактов. Дайте ей свою ситуацию по пунктам, попросите разложить её в хронологию, сформулировать требования и подсказать, к какому ведомству обращаться. Дальше вступает ваша работа: каждая дата, каждая ссылка на норму и каждое требование должны быть проверены по первоисточнику. Не отправляйте документ, который не понимаете сами, и не прикладывайте ссылки на судебные дела, которых не читали. Если у вас есть право на бесплатную юридическую помощь, разумнее сверить готовый текст со специалистом. И совсем не стоит превращать ИИ в генератор массовых однотипных обращений: это ровно тот сценарий, из-за которого ведомства начинают вводить ограничения для всех, включая тех, у кого проблема настоящая.
По теме: что делают ИИ-агенты без присмотра человека, почему бесплатные лимиты ИИ-функций заканчиваются.
Текст TehnoRex. Дата: 2026-09-10.
Читайте также
НовостиДва Starship готовят к старту: первый орбитальный полёт на подходе
НовостиЕвропа захотела свою пилотируемую капсулу: 10 лет и миллиард евро в год
НовостиВ Германии треть проданных видеокарт за август пришлась на Radeon RX 9070 XT
НовостиNinkear привезла на IFA 2026 ноутбук U9 Pro и мини-ПК Z1 со 128 ГБ памяти